Как определиться, стоит ли публиковать цитаты, содержащие бранные слова

Когда два года назад министр внутренних дел Арсен Аваков на заседании совета реформ применил нецензурную лексику в адрес Саакашвили, большинство СМИ опубликовали видео этого инцидента, но в текстовых подводках к видео не вспоминали конкретных принятых министром бранных слов. Ограничились сообщением, что тот обматерил Саакашвили. Для журналистов решение о публикации дословных цитат из бранью является этическим выбором, который нельзя сделать раз и навсегда, - каждая новая ситуация требует учитывать конкретные обстоятельства. По какому алгоритму можно оценивать брань, прежде чем ее обнародовать в СМИ, читайте в переводе текста от Poynter .

В начале 1980-х, изучая этику, я наткнулся на модель, - сейчас мы могли бы назвать ее алгоритмом, - которая называлась Поттеров ящиком. Название ей досталась в честь профессора Ральфа Б. Поттера из Гарвардской школы богословия. Она состояла из четырех квадратов.

Ящик нужна для того, чтобы помочь специалистам в области коммуникаций принимать этические решения систематическим образом. Начиная с левого верхнего квадрата и двигаясь против часовой стрелки, ящик предлагает учитывать факты, ценности, принципы и приверженности при принятии коммуникационных, в том числе редакторских, решений.

Концепция Поттеров ящики стала для меня в хорошем смысле слова вызовом. Я перебирал различные примеры, пытаясь ее применить: фотография мальчика-утопленника и его родителей, оплакивают тело на берегу. Должны мы это публиковать или нет? Если да, то где и когда? Должны ли мы вырезать из фото тело парня? Фотография должна быть маленькой или большой, на обложке или внутри?

После многих таких кейсов я пришел к выводу, что для журналистов, работающих под давлением дедлайнов, Поттеров ящик немного неуклюжим и, пожалуй, немного абстрактным инструментом.

Но, вдохновленные Поттером, мы, команда Poynter , придумали ряд вопросов, которые бы помогали журналистам, ограниченным дедлайнами, выйти за рамки собственной интуиции в принятии решений:

Какая журналистская цель публикации этого фото?
Что хорошего принесет публикация?
Какие умозрительные последствия публикации?
Существует способ, как минимизировать вред?
Какие есть альтернативы?
С кем стоит проконсультироваться?
И так далее.

В последнее время редакторы столкнулись с несколькими важными случаями, когда публичные люди - включая Трампом - употребляли сексуально окрашенные, оскорбительные слова и эпитеты.

Когда The New Yorker опубликовал интервью с Энтони Скарамуччи, который продержался на должности директора по коммуникациям в Белом доме всего 10 дней, The New York Times решили озвучили его бранную лексику сполна. (Как видите, я стараюсь писать этот текст, не предпринимая нецензурных слов. Посмотрим, как это удастся).

Благодаря материала The New York Times, в котором обсуждали, стоит ли заменять в бранных словах буквы на звездочки, я взвесил проблемы, с которыми сталкиваются ответственные редакторы, и, должен признать, в голову пришла Поттеров ящик. А когда пальцы ошибочно напечатали "ящик Потти", я понял, что это не просто так.

Поэтому - вот мой лучший снимок. Можете называть это "ящик Потти" или кларков ящик (мама бы мной гордилась).

уровень нецензурности
новостная ценность
социальный контекст
Стандарты и практики

Чтобы разобраться с ящиком Потти, для каждого квадрата стоит применить пятибалльную шкалу.

Квадрат 1: Уровень нецензурности

Каждая новостная редакция должна была выполнить такое упражнение: командно составить список из, скажем, 25 самых оскорбительных слов или фраз. Это могут быть высказывания публичных лиц или других ньюсмейкеров, или просто те, что придут в голову.

Далее команда приписать каждому такому слову число от 1 до 5, где 1 означало бы, что слово не слишком грубое, а 5 - очень грубое. Результаты в разных команд будут, безусловно, неодинаковы, но, предполагаю, что какие-то тенденции были бы общими. В 1980, например, президент Джимми Картер сказал людям, что если Тед Кеннеди с ним соревноваться, он выпорет его к заднице. Тогда многие издания процитировали эти слова, завуалировав буквы черточками: "выпорет его по д- - -". Но времена меняются, а вместе с ними и слова. Для меня слово "задница" оценивается на шкале грубости на единицу, если не на половинку. А если вам нужны слова или фразы пятерку, просмотрите эпизод "Игры престолов", где описывают персонажа по имени Сандор Клиган.

Квадрат 2: Новостная ценность

Предположим, что вы цитируете кого-то, кто принял очень грубое слово, оцененное вами на 4 или 5 по предыдущим критерием. Должны ли вы его публиковать в такой форме? Этот квадрат журналисты могут использовать, чтобы поставить себе стандратный перечень вопросов по новостной вартисности.


« Ранее Зачем на сайтах изданий нужна опция «комментировать» и почему бы от нее просто не ...

Далее » Работа военным корреспондентом, реальный пример Франчески Борре





Почему мы публикуем это (ответ должен быть конкретным)?

Почему читатели должны знать незавуалированной слова оригинального высказывания?

Как это касается новостной ценности (запозичуюючы этот концепт в Мелвина Менчера ), то есть своевременности, близости к аудитории, конфликтности, влиятельности, актуальности. Насколько это сообщение является незаурядным или необычным?

Если вы сможете ответить на эти вопросы до того, как что-то публиковать, то принятые вами решения будут прозрачными и будут легче публично отстаивать.

В процессе поиска ответов можно разместить обсуждаемую историю или слово на пятибалльной шкале новостной ценности: от низкой к высокой ценности.

Квадрат 3: Контекст

Итак, вы оценили какую лексику как очень грубую, но есть аргументы за то, чтобы ее публиковать, поскольку с точки зрения новости это было бы ценно. Что ж, есть над чем подумать. Теперь стоит также учесть социальный и политический контекст, повлияет на то, как ваше сообщение воспримут.

Раса, пол, этническая принадлежность, национальность, религия, сексуальная ориентация и возраст - все это влияет на то, к кому сообщение достанется и как его воспримут. Такое многообразие наталкивает на мысль, что редакторская команда наиболее эффективна тогда, когда и наиболее разнообразна. Если бы я решал, мой материал должен озвучивать название российского панк-группы "Pussy Riot" - его участниц арестовали за антипутинские демонстрации, - то предпочел бы, чтобы в редакции на этот счет свое мнение висловиоы женщины и мужчины, миллениалы и бейби-бумеры.

Обычно социальную приемлемость определяют через "хороший тон". Если какое-то фото, картинка или высказывание было в духе "дурного тона", пусть что хорошего могла принести публикация, сам факт нарушения стандартов сообщества нивелировал бы этот эффект.

Для этого квадрата действует пятибалльная шкала: от того, что является "социально неприемлемым" до "необходимого в данном конкретном случае".

Квадрат 4: Стандарты и практики

Читатели разных изданий имеют различные ожидания относительно того, что они увидят на страницах этих СМИ. Сейчас изменения происходят так быстро, как никогда, но это не значит, что стоит игнорировать традиционные стандарты и практики, которые используют в редакциях.

Было шоком увидеть недавние примеры сексуально окрашенной лексики на страницах The New York Times. Девиз газеты - "Все новости, которые подходят к печати" - отличал ее от сенсационной желтой прессы.

Иногда мы также забываем, что редакторские стандарты и практики, хотя и являются длительными, не является вечными. Их придумали в ответ на потребности рыночных сил и на экономические, политические, технологические и социальные вызовы.

Даже в ситуации, когда новости резко отклоняются от культурных, политических и социальных норм, новостные агентства должны быть достаточно мудрыми в переоценке традиционных ценностей, внимательно относясь к тем редким случаям, когда такие ценности больше не могут удовлетворить потребности аудитории.

В этом квадрате крайние значения на шкале от одного до пяти следующие: 1 - "за" традиционные нормы, 5 - "за" оправданы исключения. © newsgg.org
По этой ссылке вы узнаете, какая Профессия: печатник (подробности).